Главная » Статьи

"У какого царя живем, тому и служим..."

"У какого царя живем, тому и служим..."

Казаки-мусульмане, казаки-старообрядцы, казаки-субботники, казаки - подданные Крыма и Турции, Китая... Что различало и объединяло все эти и многие другие группы казаков, никогда не подозревавших о том, что некоторые ученые попытаются объединить всех их под стягами "исконного служения России", "рыцарей православия", "защитников трона и Отечества", объявив к тому же "субэтносом русского народа"?

Характеристики казачества, почти никогда не сводившиеся к единому целому, всегда содержали в себе факты, неудобные для представителей так называемого "государственного направления" историографии, намеренно искажавшего вольную, антигосударственную природу казачества, искусственно переводившего процессы естественного внутреннего развития казачьих сообществ на "рельсы" российского государственного строительства. Один из самых "темных" аспектов казачьей истории — пребывание казаков за пределами России, сопровождавшееся зачастую враждебным к ней отношением.

Ярким примером многовекового существования и культурного развития казачества вне пределов России являются кубанские казаки-некрасовцы. Слова, вынесенные в заголовок, были сказаны одним из казаков-некрасовцев в Анатолии (озеро Майнос, село Бин-Эвле) заезжему путешественнику в 1863 году. Действительно, на протяжении своего проживания в Крымском ханстве (1708 — конец 1770-х) некрасовские казаки верой и правдой служили правившим в Крыму Гиреям. Высокое воинское искусство, честность и храбрость лежали в основе взаимоотношений этих кубанских казаков с грозными правителями ханства, причем, по нашему мнению, уверенно можно говорить о личностном характере отношений сторон[1]. Летом 1709 года по именному указу Петра I в Бахчисарай прибыл дворянин В. Блеклый, которому поручалось с помощью богатых подарков склонить хана Девлет-Гирея II к выдаче казаков Игната Некрасова, отступивших с Дона на Кубань в конце августа 1708 года. Приняв дары, коварный хан отказался помочь царскому посланцу, мотивировав свое решение неосведомленностью о месте пребывания беглецов.

Документы РГАДА свидетельствуют, впрочем, об ином. Девлет-Гирей знал об укрывательстве некрасовцев в Закубанье и не собирался лишать свое войско в скором будущем столь искусных воинов[2]. Еще раньше ханство отвергло притязания России в отношении гетмана Мазепы и его украинских казаков, бежавших в Крым. Наконец, в 1711 году свою позицию в вопросе поддержки беглых казаков определила Османская империя. Потерпев поражение в войне 1710-1711 годов, Россия обязалась по Прутскому договору "не замать" не только черкас и запорожцев, но и казаков, которых "хан Крымский, сиятельнейший Девлет-Гирей, имеет в своем покорении...".

Более того, согласно данным историка А. Д. Бачинского, в том же 1711 году султанское правительство предложило казакам-некрасовцам переселиться в пределы Турции. Можно говорить, таким образом, о прямой заинтересованности правительства Ахмеда III в использовании Крымским ханством потенциала казаков и в местной геополитике, и в акциях внешнеполитического характера. В 1730-х годах хан Менгли-Гирей держал при себе в качестве телохранителей сотню некрасовцев во главе с А. Черкесом. Этот же хан, что внешне удивительно, отправил в ходе русско-турецкой войны

1735-1739 годов к казакам-некрасовцам на Кубань своего посланца, предложив им на время боевых действий в регионе перейти на временное жительство в Крым. Казаки, знавшие об особо заботливом к себе отношении, позволили себе отказаться: "Егда с Кубани кубанцы в Крым не пойдут кочевать, то-де и оне некрасовцы в Крым жить не пойдут"[3]. Предшественники некрасовцев, донские казаки-старообрядцы, жившие на Кубани с начала 1690-х годов, также весьма быстро оказались на положении привилегированных подданных крымских ханов[4]. Они стали получать жалованье, имея возможность напрямую обращаться к хану в случае притеснений со стороны ногайцев. Им была выдана даже специальная охранная грамота — без ограничения срока действия.

На территории Османской империи в середине XVIII столетия повторилось примерно то же самое: султаны подтвердили кубанским казакам-некрасовцам все привилегии, которыми они по праву пользовались на Кубани. Почти все султаны лично знали о том, что в их владениях живут удивительные "Игнат-казаки", к которым ранее милостиво относились другие Османы. В. И. Кельсиев, агент А. И. Герцена на Востоке, авторитетно свидетельствовал, что в военное время турки доверяли некрасовцам стеречь казну, гаремы, обозы, военную добычу и прочее. Превосходные воинские качества этих казаков признавали даже их противники. Полковник русской армии И. П. Липранди, описывая особенности войн с турками в XIX веке, указывал, что если ночная цепь турок "не содержится некрасовцами, то очень легко снимать ее и даже заставать спящую. Одни только некрасовцы содержат передовую цепь столь же зорко, как и наши казаки"[5].

Образную и верную по сути оценку положения казаков в Турции дал казак Ефимов, выкупленный некрасовцами на невольничьем рынке в Стамбуле и принятый ими в свою среду. В письме, отправленном в 1834 году в Россию, он писал: "И Салтан Турецкой такую дал волю некрасовцам по всей туретчине: кому только угодно и кто чем может, и тем и занимается. А служба им бывает тогда только, когда бывает канпания войны. И сорок левов каждому казаку на сутки всякая порция, и всякая капировка (экипировка. — Д. С.) на царском щету. А священников достают от России"[6].

Неплохо жилось и задунайским запорожцам в Османской империи которым за службу также были предоставлены широкие права. Верными слугами правителей Цинского Китая выступили другие казаки, ушедшие с Дальнего Востока и ставшие привилегированными "служилыми людьми" императоров. Отважные, обласканные властью, они веками сохраняли свою самобытность, оставаясь христианами, исчезнув почти полностью лишь в начале XX века — участники Боксерского восстания их не пощадили.

А вот что писали на Кубань в мае 1708 года своим собратьям донские казаки-булавинцы, оценивая перспективы нормализации отношений с монархией: "А есть ли царь наш не станет жаловать, как жаловал отцов наших, дедов и прадедов, или станет нам на реке какое утеснения чинить, мы Войском от него отложимся и будем милости просить у вышнего творца нашего владыки, а также и у турского царя..."[7].

Кроме того, булавинцы пытались наладить связи через кубанских казаков не только с османскими властями в Ачуеве, но и с самим султаном Ахмедом III, прозрачно намекая на возможность перехода в турецкое подданство. Этот факт тем более примечателен, что до восстания Кондратия Булавина не было случая, чтобы донские казаки "вмешивали турок в свои отношения с царскими властями и пытались привлечь их на свою сторону, хотя и в первой половине XVII века на Дону иногда говорили о возможности своего ухода с "реки"[8]. Но когда царь Михаил Федорович прислал в 1630 году опальную грамоту на Дон, повелев при этом казакам, заключив мир с турками, напасть на владения Речи Посполитой, те с возмущением отказались. Донцы ответили, что не было в их жизни еще примера, чтобы они, "природные христиане, родившиеся и возросшие в преданиях святых апостолов, когда-ли6о служили с врагами христианства заодно, и... что слава и честь за их службу отнесется не к ним, а... турецким людям"[9].

О какой исключительной верности казаков интересам России можно говорить, характеризуя казачество в целом, если донцы, например, осмеливались убивать царских посланцев, пытавшихся надзирать за жизнью в их войске в XVII столетии? Разве не показательным является тот факт, что, реально не контролируя, например, волжских казаков, Москва не слишком старалась разубеждать татар Ногайской Орды в подчиненности их царю, и в то же время отказывалась брать при этом на себя ответственность за "воровство" казаков?[10]

В конце XVII века тема "измены" вновь оказалась "поднятой на щит" донскими старообрядцами, временно захватившими власть в Донском войске. Их руководители заявили тогда: "...у нас-де свои горше Крыму... лучше-де ныне крымской, нежели наши цари на Москве... если роззорят Крым, то-де и... им... житья не будет".

Более того, один из вождей донского раскола К. Чурносов выступил с инициативой объявления на Дону церковной автономии и избрания своего донского патриарха. В среде российских старообрядцев, в том числе казаков, весьма популярным становится мнение о земле Донской как о последнем островке "истинного" православия: "Светлая Росия потемнела, а мрачный Дон воссиял и преподобными отцами наполнился, яко шестикрыльние [серафимы] налетеша"[11]. Один из своих новых городков донские старообрядцы назвали "вторым Иерусалимом", противопоставив святости и чистоте Дона "нечистую" Москву — Третий Рим и никоновский Новый Иерусалим.

Хорошо известно, чем закончилось усмирение Дона в конце 1680-х годов — Москва огнем и мечом расправилась со старообрядцами, вытеснив оставшихся в живых на Кавказ. Примечательно, что эти события обусловили появление казаков на Северном Кавказе: сначала — на Северо-Восточном, затем — на Северо-Западном. Уже в 1689 или 1690 году первая группа донских казаков появилась на Кубани.

Несмотря на отдельные случаи возвращения на Дон, основная масса донцов навсегда связала свою судьбу с кубанскими владениями крымского хана, как и некрасовцы, для которых Кубань стала новой родиной. История казаков-некрасовцев является великолепным подтверждением сложности, многогранности процессов, происходивших в самой казачьей среде, не обязательно связанных с российскими интересами. Крымские ханы, оказав покровительство некрасовцам, на деле способствовали объединению разных групп казаков Кубани в единое Кубанское (ханское) казачье войско, а в конечном итоге — формированию новой социокультурной общности — кубанских (потомственных) казаков-некрасовцев.

Во время пребывания некрасовских казаков на Кубани — период расцвета Древлеправославной (старообрядческой) церкви — активизируется церковное строительство, в потайном месте возводится монастырь, и теперь уже не Дон, а Кубань получает в глазах старообрядцев характеристику оплота православия и святого места. Православная Россия лишила в начале XVIII века "изменивших" ей донских казаков-староверов условий для свободной, полноценной жизни, руководствуясь при этом государственными интересами превращения казачества в служилое, подконтрольное режиму сословие. Мусульманские же государства — Крымское ханство и Османская империя, руководствуясь в принципе теми же интересами (а вовсе не заботой о спасении казаков), все эти условия иноверным казакам предоставили. И казаки Кубани в полной мере воспользовались всеми преимуществами нового подданства, в подавляющей массе верой и правдой служа династиям Гиреев и Османов.

В науке нередко подчеркивается прогрессивная роль Московского государства в поддержке казаков Дикого поля, Терека и некоторых других регионов. При этом явно идеализируются и гиперболизируются приверженность казаков интересам царизма, степень монолитности в казачьей среде. Некоторые исследователи намеренно забывают, что крестное целование донских казаков 1671 года стало возможно лишь после тяжелых потерь, понесенных донцами в ходе подавления движения Степана Разина. При первых Романовых казаки упорно отказывались целовать крест, апеллируя к практике времен, когда "зачался Дон казачьими головами". Интересно, как жители Дона мотивировали свой отказ присягать Алексею Михайловичу в 1645 году: "Казаки-де не могут заставить по-христиански присягать донцов, среди которых имеется много нехристиан и большинство которых родилось от басурманок"[12].

А вот что наблюдалось на Дону во второй половине XVIII столетия: по сведениям священника станицы Терновской (1763), в ней "не обреталось ни одного жителя во изображении и заключении тайны Святыя Троицы в троеперстном сложении...". В том же году по заказу церковных властей происходило обследование "по Дону и Донцу церковного благочестия". Итоги были показательны: выяснилось, что во многих станицах "того расколу... немалое число оказалось", а крест на иконах в церквах был "старого изображения"[13]. Подобная ситуация была характерна и для Терека: в 1763 году 740 казаков-старообрядцев отказались пойти в церковь на исповедь[14]. История повторялась десятилетиями: старообрядцы неустанно преследовались властями — и светскими, и церковными. И если некоторых, особо ретивых, иереев иногда одергивали, то исключительно в прагматических целях — не доводить же до крайних мер протеста казаков-холопов, обходившихся государству довольно дешево.

Итак, популярная формула "казаки — рыцари православия" весьма сомнительна и неточна, а некритическое ее восприятие определило сознательное невнимание некоторых историков к фактам, противоречащим их надуманным утверждениям о вековой борьбе казачества как защитника веры с Турцией и Крымом. Так, в середине 1620-х годов запорожские казаки приняли активное участие в династических распрях на территории Крымского ханства, поддержав Шагин-Гирея, осмелившегося бросить вызов турецкому султану. Вся вторая половина 1620-х годов, пишет Б. Н. Флоря, "прошла под флагом участия запорожцев в междоусобной войне в Крыму, куда они неоднократно совершали походы вместе со сторонниками Шагин-Гирея"[15]. Показательно, что, как и казаки-булавинцы, часть запорожцев стала рассматривать Крым как место убежища в случае поражения. Запорожская верхушка и в XVIII веке поощряла и развивала торговые и политические связи с Крымом и Турцией.

Итак, казачество не есть порождение исключительно российской истории. При этом нельзя говорить об однотипности развития казачьих сообществ, признав, впрочем, неизбежность превращения всех их в служилых людей государства (но не только России). Историю казачества неправомочно рассматривать исключительно в контексте "огосударствления" окраин без изучения происхождения, социальной структуры самого казачества, анализа его психологии. Изучая причины покорения казачества самодержавию, следует признать значительную долю прагматизма казачьих лидеров, рассчитывавших получить от этого политические и материальные выгоды. Следовательно, исконная преданность казаков России, империи, идеям обороны российских границ, православной вере — во многом миф, политическая конструкция, зачастую далекая от настроений в среде рядовых казаков.

Представление о необязательном характере службы, отраженное в понятиях! "вольный казак", "вольное казачество" сыграло, как обоснованно считал А. Л. Станиславский, огромную роль в формировании социальной психологии казаков[16]. В понимании этой психологии надо, как представляется, более вдумчиво отнестись к словам известного ученого начала XX века С. Г. Сватикова о том, что нельзя рассматривать природу казачества с позиций несовместимых начал — тяги к свободе и службы государству. Историк призыва; увидеть в феномене казачества две стороны одной медали, иначе никогда не будет понят глубинный смысл старой донской поговорки: "Не тот казак, кто жив остался, а тот, кто за волю на веревке болтался!"[17] Одни казаки Кубани (некрасовцы), презрительно называя Петра I "царем-Ерохой", превозносили турецкого султана. Другие кубанские казаки (черноморцы), ругая Екатерину II, добровольно бежали в турецкую Анапу даже в первой четверти XIX века.

Тем государям и государствам, которые давали дышать казакам воздухом свободы — в церквах, на майдане, в походном марше, они служили верой и правдой! В этом состоит главная тайна казачества, все составляющие которого исторически неизбежно должны были подчиниться Левиафану...

 

Примечания:

1. Сень Д. В. Войско Кубанское Игнатово Кавказское: исторические пути казаков-некрасовцев (1708 г. — конец 1920-х гг.). Изд. 2-е, испр. и доп. Краснодар. 2002. С. 23-103.

2. РГАДА. Ф. 123.1709 г. Оп. 1. Д. 1. Л. 6-16.

3. Там же. Ф. 177. Оп. 1.1739 г. Д. 128. Л. 214 об.

4. Боук Б. М. К истории первого Кубанского казачьего войска: поиски убежища на Северном Кавказе//Восток (Oriens). 2001. № 4. С. 33-35.

5. Липранди И. П. Особенности войн с турками. Отрывок из книги "Некоторые замечания по поводу двух статей под заглавием "Малая война". СПб. 1877. С. 109.

6. АВПРИ. Ф. 161/4. 0п. 729/2. 1837-1870. Д. 20. Л. 10.

7. Булавинское восстание. 1707-1708. Сб. документов. М. 1935. С. 464.

8. Пронштейн А. П., Мининков Н. А. Крестьянские войны в России XVII—XVIII вв. и донское казачество. Ростов н/Д. 1983. С. 261.

9. Савельев Е. П. История казачества. Ростов н/Д. 1990. Ч. 3. С. 322.

10. Трепавлов В. В. Вольные казаки и Ногайская Орда (некоторые подробности ранней истории казачества) // Восток (Oriens). 2001. № 4. С. 40-44.

11. Дополнения к Актам историческим, собранным и изданным археографическою комиссиею. СПб. 1875. Т. 12. Док. 17.

12. Томсинский С. Г. Очерки истории феодально-крепостнической России. М.; Л. 1934. С. 137.

13. Государственный архив Ростовской области (ГАРО). Ф. 55. Оп. 1. Д. 1490. Л. 51-52.

14. Гриценко Н. П. Из истории старообрядчества на Тереке в XVIII—XIX веках//Вопросы истории Чечено-Ингушетии. Грозный. 1977. Т. 11. С. 73.

15. Флоря Б. Н. Запорожское казачество и Крым перед восстанием Хмельницкого // Исследования по истории Украины и Белоруссии. М. 1995. Вып. 1. С. 53.

16. Станиславский А. Л. Гражданская война в России XVII в.: Казачество на переломе истории. М. 1990. С. 7.

17. Маркедонов С. М. С. Г. Сватиков — историк и общественный деятель. Ростов н/Д. 1999. С. 117.

 

Дмитрий Сень, кандидат исторических наук

 

Комментарии (0)

Пока пусто

Другие статьи из этой рубрики

Тарас Бульба - предок Гоголя?

Тарас Бульба - предок Гоголя?

Опубликовано: 2012-03-24     Комментарии (0)
Обосновывается версия, что прототипом героя всемирно известной повести "Тарас Бульба" был не кто иной, как далекий предок писателя, заслуженный украинский казачий старшина, наказной гетман Правобережной Украины Остап Гоголь.
Истребить поголовно

Истребить поголовно

Опубликовано: 2012-03-25     Комментарии (0)
Как организовать расказачивание. Одним из трагических поворотов в судьбе российского казачества было так называемое расказачивание, организованное большевиками во время гражданской войны и продолжавшееся еще долгие годы.
Казаки и присоединение Казахстана

Казаки и присоединение Казахстана

Опубликовано: 2012-03-25     Комментарии (14)
Во времена не столь отдаленные в нашей истории хватало "неудобных" событий и личностей, не укладывавшихся в благостную картину "дружбы народов" и "добровольных присоединений". Весьма часто "неудобными" оказывались казаки и их участие в приращении границ империи, а яркие примеры русской ратной...

Новости

9 марта 2013
Международный Союз казачьих объединений России и Зарубежья поддерживает инициативы казачьего народа ближнего и дальнего Зарубежья по созданию Международного Консорциума "Казачий круг", задачи которого направлены на укрепление духовных, культурных, межнациональных, гуманитарных и генетических связей поколений.
5 марта 2012
Казаки Украины и России объявили себя единым казачьим народом и постановили основной своей задачей борьбу за устойчивое развитие своих стран.
8 декабря 2011
Делегации казачьих обществ со всей России приехали в Георгиевский зал Большого Кремлевского дворца, чтобы лично получить казачьи войсковые знамена из рук Дмитрия Медведева.
Все новости

Комментарии

от сотник Виктор
2018-07-12 07:46:45
Вера, крест, казак, Россия, Православный наш народ. Здесь и мужество и сила И могущества...
от сотник Виктор
2018-07-12 07:39:13
Я рад за казаков Аргентины, как офицер и поэт. Мы братья по вере и значит родные во Христе.
от Ярослав
2018-02-11 10:09:09
Спасибо огромное
от
2017-06-04 13:20:05
от Казак
2017-03-09 08:39:36
Фарид АЛЕКПЕРЛИ, Азербайджан доктор исторических наук КАЗАКИ, КАЗАХИ И КАЗАХЦЫ «Как известно,...

Этот день в истории

События

12 февраля 2012
Новочеркасский музей истории Донского казачества открыл выставку, которая иллюстрирует причастность казаков в Отечественной войне 1812 года против Наполеона.
13 октября 2011
Большой Кубанский хор сумел созвать на Театральную площадь все коллективы Краснодара, чтобы спеть одним большим сводным хором.
23 августа 2011
Воронежская область встречала гостей из 36 регионов необъятной России. Село Колодежное стало на два дня центром казачьей жизни. Это был 10-й, юбилейный фестиваль, который прошел с большим казацким размахом.
Все события

Библиотека

Опрос

Как вы оцениваете личность Петра Краснова?
Однозначно, предатель!
Сложная судьба в сложных исторических обстоятельствах
Борец за Россию без большевизма
Великий патриот казачества!
Меня не интересует его личность
Все опросы

© 2011-2012 Военно-исторический портал "Русское казачество"
Использование собственных материалов сайта возможно только при установке активной гиперссылки на источник.

Подписка на рассылку